Локации Hellraiser: Revival выглядят очень мрачно. Этот хоррор на выживание продолжает садомазохистское наследие повести Клайва Баркера «Восставший из ада». Периодически у меня возникало ощущение, что это уже было в Resident Evil Village. Обе игры похожи по своей структуре. Это запредельное безумие из пушек, слизи и упырей. В попытках стать хорошей видеоигрой Hellraiser местами откровенно страдает. Она истекает кровью, и вы тоже будете истекать. Но, какие зрелища она готова вам показать!
Мало какие классические хорроры выиграли от времени так, как «Восставший из ада». Критики со временем переосмыслили и похвалили «Хэллоуин» и «Техасскую резню бензопилой». Но самобытная привлекательность «Восставшего из ада» всегда подрывалась его собственным быстрым успехом. Баркер сам экранизировал свой рассказ и перенес на большой экран современную замковую готику. Это была история о девушке, попавшей в опасность из-за злой мачехи и мерзкого дяди.
Самыми яркими персонажами фильма стали сенобиты. Это божественные проводники наслаждений, которые выходят за рамки возможностей обычной плоти. Они стали изысканным дополнением к стандартным слэшерам 80-х. Однако студия Miramax просто хотела своего Фредди Крюгера. Из-за этого в череде блеклых сиквелов уникальную атмосферу Пинхеда заменили на банальное, шаблонное зло.
Теперь Revival хочет восстановить те самые плотские наслаждения в максимальном масштабе. Вы играете за Эйдана Линча. Это бывший врач, ставший членом банды байкеров. Он идеальный протагонист для хоррора. Вы и ваша партнерша Санни любите эксперименты на своем матрасе без каркаса. Игра открывается в самый разгар их страсти. Пара решает опробовать новую игрушку. Это витиеватая шкатулка-головоломка, которая извергает синие вспышки электричества. Несмотря на дурные знамения, Санни проводит странной шкатулкой по своему обнаженному телу. Это призывает сенобитов. Они цепляют её на крючья и скручивают в груду расплавленных жил.
Далее всё становится еще более гротескным. Эйдана тут же похищает культ помешанных на сексе убийц. Их лидер Марлоу — безвкусный эгоцентрик. Он косит под Кейси Джонса из «Черепашек-ниндзя». Марлоу провел последние несколько лет, воссоздавая каждый фильм «Хостел» под своим ночным клубом. Он надеется сам стать сенобитом. В руках у Эйдана оказывается шкатулка Лемаршана. Он обнаруживает, что может договориться с сенобитами о возвращении Санни. Но оплата будет плотью. Фунт за фунт.
Пустая трата хороших страданий
Поначалу Revival сразу бросается к горлу. В первые часы игры секса и расчлененки здесь очень много. Steam обычно не разрешает показывать такое даже на пару секунд. Я не могу вспомнить ни одной другой коммерческой игры, где вы проводите так много времени с буквально выставленными наружу виртуальными яйцами. Вы будете голым, напуганным и лицом к лицу с богами.
Но это не значит, что игра бьет точно в цель. Эйдан пытается нащупать почву под ногами. На пути ему встретятся хорошо вооруженные фетишисты в латексе. Они отлично маскируются в темных, сырых от крови подвалах. Где они прячут свои гранаты — мы никогда не узнаем. Стрельба в игре оставляет желать лучшего. Враги не пошатываются, а нормальной отдачи нет. Из-за этого сложно понять эффективность каждого выстрела.
Каждая стычка заставляет чувствовать себя глупо. Вы будто пришли с пистолетом на ножевой бой. Вы всаживаете пули в «губчатых» противников. После этого вы просто обмениваетесь ударами. Это похоже на финал фильма «В осаде» с Томми Ли Джонсом и Стивеном Сигалом. Экономия каждого патрона — традиция хорроров на выживание. Но независимо от точности моего прицела, чаще всего патроны просто тратились впустую.
Попытка натянуть каркас Resident Evil под кожу «Восставшего из ада» кажется просчетом. Особенно это касается элементов из частей про Итана Уинтерса. Крафтить патроны и решать головоломки — это хорошо. Но мне часто хотелось другого геймплея. Игра могла бы быть ближе к Condemned: Criminal Origins. Там механика выживания строилась вокруг погони за психами с доской и забитым в неё гвоздем.
К счастью, оружейный фетиш со временем становится менее выраженным. Эйдан приобретает способности по ходу сюжета. У вас появляется больше магических альтернатив вместо высаживания обоймы в голову врага. От этого игра становится более декадентской. Этот сдвиг происходит не случайно. Игра начинает сильнее сближаться с привлекательными элементами первоисточника.
Аминь
Пинхед вынужден снова и снова учить своих последователей. Нет истинного великолепия без сильных страданий и боли. После блужданий по канализационным туннелям и городским казематам вы попадаете в Лабиринт. Это родной мир сенобитов. Он представляет собой настоящее пиршество для глаз.
Несмотря на свою пошлость, игра никогда не бывает уродливой. В компании этих божественных существ она становится искренне красивой. Вы увидите брутальные часовые механизмы и услышите ужасающий скрежет зубов Клацкалы (Chatterer). Презрение буквально сочится с цифровых губ актера Дага Брэдли, сыгравшего Пинхеда. Это дань уважения, сделанная правильно, как и в случае с RoboCop: Rogue City. Очевидно, кое-кто в команде точно знал нужные детали. Они смогли заставить игрока почувствовать себя как дома в самых недрах ада.
Когда история наконец раскрывается, Revival начинает отражать основные элементы первых двух фильмов. Мне не хватало музыкальных тем из великолепного оригинального саундрека фильма. Также тут нет ремикса на трек Peaches «Fuck The Pain Away». Тем не менее, местное звуковое оформление из лязга, шорохов и стонов собрано замечательно. Когда мне требовался подходящий саундтрек для перестрелки на кладбище, я просто включал Sisters of Mercy.
Сенобиты в лучших историях о «Восставшем из ада» являются арбитрами. Они выступают наблюдателями за порочностью, а не её участниками. Безвкусные извращенцы, которых вы будете косить толпами, могут показаться абсолютно непримечательными. Но они определенно представляют собой реальный тип людей на этой забытой богом земле.
Величайший грех Revival — это попытки подражать более популярным играм. Игра сковывает себя этими кандалами. Тем не менее, проект все же не настолько плох.
